статьи и комментарииАрмен Дарбинян: “Берегите друг друга, люди!..” “Новое время” , 10.03.09

"Берегите друг друга, люди!.."

Страна отметила 50-летие Вазгена Саркисяна, и более всего не хотелось бы ощущать в мероприятиях по этому поводу некую дежурную необходимость. Следует признать, что Вазген, пожалуй, самый яркий и выдающийся национальный деятель периода нашей новой независимости, с именем и действиями которого связаны решения, на годы вперед предопределившие траекторию нашего государственного и общественного движения. И пусть эта траектория не всегда и не во всем оказалась верна — мы обязаны воздать должное его феноменальной личности. А посему — несколько личных штрихов...
Вазген был одержимой натурой, очень быстро "воспламенялся", непоколебимо верил в силу идеалов, всегда упорствовал в их реализации. Одержимость — великая черта, и одержимые люди воистину составляют, что называется, Соль Земли. Они всегда готовы жертвовать собой, одержимый человек никогда не будет задумываться о цене жизни, если есть возможность осуществить Идею. Такой Идеей для Вазгена, несомненно, была реализация права нашего народа на сильное государство и достойную жизнь. В своих записках он писал, что "...каждый народ хотя бы раз в своей истории должен дать свою собственную битву до конца" за это право. Он без остатка верил в то, что Карабахская война и есть та самая битва, которая почему-то пока не вывела нас к благоденствию... Эта одержимость, однако, скоро переросла у Вазгена в веру в собственное миссионерство и предназначенность единолично вершать судьбу народа и страны. Многие склонны обвинять его в действиях по насильственному сохранению власти за первым президентом в 1996 году или в принуждении его же к отставке в 1998-м, приписывая Вазгену пренебрежение мнением и выбором народа, однако это лишь поверхностная оценка тех событий. В действительности Вазген отчаянно верил, что именно такое развитие ситуации в интересах страны и народа... Он был непосредственным до наивности, в его действиях  никогда не было фальши — были заблуждения, ошибки, но не было фальши — великая роскошь для политического деятеля, в конце концов стоившая ему жизни... Мы так и не оценили эту его щедрость по отношению к нам...
Он страстно желал видеть народ консолидированным, был убежден, что консолидированный народ может творить чудеса, ставить и решать любые задачи. Его самый серьезный политический проект — создание блока "Единство" — был направлен именно на нашу консолидацию, и никак нельзя ему приписывать в этой связи желание захватить власть, подчинить себе ход политического процесса. Последнее, может быть, и свершилось бы, но лишь как побочный результат консолидации... Сознаюсь, поначалу я и сам неверно оценил старания Вазгена и не присоединился к его движению. Осознал уже после его смерти: Вазген был тысячу раз прав — нас может погубить только разобщенность, зависть, недоверие, неприятие друг друга, в результате мы легко можем потерять то, что завоевано кровью и долгими годами борьбы за выживаемость... Надо было видеть, как он, уже будучи премьер-министром, уговаривал меня и Армена Саркисяна присоединиться к нему в его вашингтонском — как потом оказалось, увы, предсмертном — турне: "Мир должен увидеть единство трех премьеров Армении и завидовать нам!"... С какой страстью там же мы слились в дуэте и спели "Երազի իմ երկիր Հայաստան", клятвенно обещая друг другу никогда не предавать страну нашей общей мечты!.. Многим из нас сегодня тягостно осознавать, что приходится исполнять эту клятву в одиночку и что иные ее и вовсе переступили...

Вазген ужасно страдал от того, что народ в своем большинстве его не знает, не понимает, боится, ассоциирует его образ со злым бородачом, готовым смести с пути любые препятствия и наказать всякого несогласного: "Создали себе образ медведя и пугают друг друга..." Он пророчески боялся, что так и не успеет "объясниться" с народом, доказать, что он всего лишь "Солдат, а не Бог..." Он страшно переживал от того, что социальные трудности и несправедливость приводят к тому, что народ, кажется, начинает постепенно забывать цену военной победы и вытеснять из себя дух победителя. Именно поэтому он и спешил...
Мы виноваты в том, что Вазгена нет с нами: мы его не сберегли... Мы вообще не  умеем друг друга беречь, орудуем, как палачи, ежедневно убивая (не обязательно физически) или подвергая пыткам близких и дальних, друзей и врагов, знакомых и незнакомых — таких же, как мы, палачей...
В честь 50-летия Вазгена мне хочется воскликнуть: "Очнитесь, люди! Берегите друг друга!.."
До встречи!

Армен Дарбинян